5e07002e

Емец Дмитрий Александрович - Кто Зайцев Хочет Кушать - Папашу Должен Слушать



Емец Дмитрий Александрович
Кто Зайцев Хочет Кушать - Папашу Должен Слушать
Детская тема в рассказах А.П.Чехова.
Наши поступки только внешне кажутся вытекающими из наших убеждений. На
самом же деле наши поступки могут противоречить нашим убеждениям. Парадокса
тут нет - обычное противоречие между конкретным действием и абстрактным
принципом.
В жизни тех, кого мы называем гениями, то же самое. Поступок - одно,
убеждение - совсем другое.
В январе 1900 года А.П.Чехов пишет серьезное, даже, пожалуй, назидательное
письмо Г.И.Россолимо - литератору и издателю, просившему переслать ему для
сборника детские рассказы:
"То, что у меня, по-видимому, подходит для детей, - две сказки из собачьей
жизни , посылаю вам заказной бандеролью. А больше у меня, кажется, нет ничего
в этом роде. Писать для детей вообще не умею, пишу для них раз в 10 лет и так
называемой детской литературы не люблю и не признаю. Детям надо давать только
то, что годится и для взрослых. Андерсен, "Фрегат Паллада", Гоголь читаются
охотно детьми, взрослыми также. Надо не писать для детей, а уметь выбирать из
того, что уже написано для взрослых, т.е. из настоящих художественных
произведений; уметь выбирать лекарство и дозировать его - это целесообразнее и
прямее, чем стараться выдумать для больного какое-то особенное лекарство
только потому, что он ребенок."
В то же время А.П.Чехов очень деятельно и толково помогает многим пишущим
для детей литераторам, в частности, продвигает в детские журналы рассказы
М.В.Киселевой и своих братьев - Михаила и Александра. В письмах он
подсказывает им, как правильно найти подход к тому или иному издателю, дает
дельные советы, к кому и когда обратиться, что сократить в произведениях, и, в
свою очередь, обещает оказать посильную помощь.
Так, он деятельно продвигает в детские журналы рассказы М.В.Киселевой, для
детей которой, Василисы и Сергея, кстати, и пишет пародию "Сапоги всмятку" с
подзаголовком "Рассказ для детей с иллюстрациями. Соч. Архипа Индейкина". В
этой пародии нарочито нагнетаются нелепые приемы плохой детской литературы:
сентиментальность, утрирование, "сюсюканье".
Рукописная книга оформлена в соответствии со всеми правилами издания,
вышедшего из типографии. Так, она имеет даже шутливое цензорское разрешение:
"Дозволено цензором с тем, чтобы дети сидели смирно за обедом и не кричали,
когда старшие спят. Цензор Пузиков"(18, 15).
Чехов остроумно высмеивает детскую литературу, пародируя ее ходячие
сюжеты, назидательность и часто встречающуюся нелепицу. К примеру, детские
портреты в "Сапогах всмятку" выглядят следующим образом: "У папаши и мамаши
было четверо детей: Миша, Терентиша, Кикиша и Гриша. Миша был очень умный
мальчик. Он редко стоял на коленях, а когда его секли, то не дрыгал ногами. Он
учился в гимназии, где отличался постоянством: сидел по три года в одном
классе.
Терентиша часто шалил, крал у папы папиросы и объедался. Он был невежа и
часто вставал из-за обеда, причем мамаша брала его за ухо и уводила, а
остальные зажимали носы и говорили: "Уф!"
Кикиша был мальчик, который хороший, но он научился у Сергея Киселева
ходить на голове, лазить по спинке дивана и ловить лягушек.
Самый лучший мальчик был Гриша, который слушался папу и маму, хорошо
учился и помогал бедным. Бывало стащит у мамы яблок или у папы копейку и
сейчас же отдаст нищему...
Напившись чаю, дети садились учиться. К ним приходил их учитель Дормидонт
Дифтеритович Дырочкин, личность светлая и ученая. Водки он не пил, а



Назад