5e07002e

Емец Дмитрий Александрович - Таня Гроттер 10



ДМИТРИЙ ЕМЕЦ
ТАНЯ ГРОТТЕР И ЛОКОН АФРОДИТЫ
ТАНЯ ГРОТТЕР – 10
Аннотация
Много столетий странствует по свету локон золотых волос богини любви Афродиты. Давнымдавно подарила она его своему возлюбленному, и непонятно, чего больше этот артефакт принес в мир — радости или скорби... И вот локон Афродиты загадочным образом попадает к Тане Гроттер.

А у нее жизнь и так бурлит событиями. Подходит к концу учеба в Тибидохсе. Впереди выпускные экзамены! Затем предстоит полет в Магфорд, где в составе команды невидимок она примет участие в матче со сборной мира. Однако время, отведенное артефактом, неумолимо истекает.

Чтобы локон Афродиты соединил судьбы, нужно произнести свое имя на один конец пряди и имя избранника — на другой. Если не назвать имен, Таня никогда не узнает любви. Кого же выбрать? Ваньку Валялкина?

Гурия Пуппера? Глеба Бейбарсова? Но самое главное — кто и зачем прислал ей этот коварный артефакт?..
Глава 1. Ящик для телепортации объектов.
Июнь подходил к концу. Это было не слишком изобретательно, но ничего более оригинального, кроме как подходить к концу, июнь все равно придумать не мог. Его фантазия ограничивалась исключительно его возможностями. Правда, существовало одно «но».

Последние числа истекающего месяца обещали запомниться надолго. Начиная с двадцать второго в расписании стояли сразу шесть экзаменов: ветеринарная магия, основы белой (у части курса — темной) магии, теоретическая магия, практика сглаза, нежитеведение и история магии .
Экзамены были введены по личному распоряжению Сарданапала. Академик посчитал, что выпускник Тибидохса не может ограничиться одним тестом Теофедулия.
Преподаватели не собирались делать никому послаблений. Будто и не они недавно вернулись из небытия после истории с колодцем Посейдона. Каждый выражал свое отношение в собственной манере. Великая Зуби посмеивалась и куталась в плед. Она имела свойство мерзнуть даже летом.

Тарарах пожимал плечами и бурчал, что как ни крути, а магических зверей лечить надо. «Ежели не то ему, миляге, дашь, так он и не туда копыта откинет», — заканчивал он сурово, что доказывало его решимость серьезно подойти к экзамену. Медузия же вообще воздерживалась от какихлибо прогнозов, лишь уронила вскользь, что её экзамен сдадут все. «Все, кто выживет», — уточнила она после всеобщего облегченного вздоха.

Затем она вручила Готфриду Бульонскому таинственный черный чемодан, окованный снаружи стальными полосами с рунами, и отправила его в таинственную командировку. Готфрид вернулся через два дня поздно вечером.

Его случайно видел Кузя Тузиков, потом утверждавший, что Бульонский был белый как бумага, шатался и прижимал к груди чемодан. Стальные полосы чемодана, по словам Тузикова, были прогнуты внутрь, и вообще чемодан выглядел так, будто на нем посидели Дубыня, Усыня и Горыня. Вначале по очереди, а затем все вместе.
Впечатленный Тузиков примчался в гостиную, давно уже ставшую общей, ибо невозможно всерьез сидеть по разным углам на том только основании, что у когото искры красные, а у когото зеленые, и мигом выложил все, что видел.
— Если в чемодане то, что я думаю, то я не думаю, что Медузия хорошо подумала, когда думала, как её разнообразить наш последний экзамен. Вот как думается мне! — авторитетно заметил Шурасик.
— Почему последний? Последний же история магии? — удивился Жора Жикин.
— Говоря последний, я имел в виду «последний в твоей жизни». Ято уж какнибудь сдам, — уточнил Шурасик и утешающее похлопал тибидохского красавчика по посеревшей щечке.
— Мертвые, живы



Назад