5e07002e

Емцев М & Парнов Еремей - Конгамато



М.ЕМЦЕВ, Е.ПАРНОВ
КОНГАМАТО
Сначала мне показалось, что под нами летит другой само-
лет. Потом я понял, что это наша тень. Она скользила по бе-
лому облачному экрану, четкая и стремительная, окруженная
радужным кругом. Лихой силуэт самолета и семицветный сверка-
ющий ореол казались эмблемой неизвестной, конкурирующей ави-
акомпании. Эмблема становилась все больше и больше. На' ка-
кое-то мгновение она качнулась, заслонила почти весь гори-
зонт и исчезла; окошко заволокло белой волокнистой мглой.
Под облаками было сумрачно и тускло. Лишь кое-где на зем-
ле виднелись световые проталины. Постепенно их становилось
все больше и больше. Медленно отставали последние облачные
караваны. Они были строго ориентированы в одном направлении
и напоминали туго натянутые параллельные нити, унизанные ко-
мочками ваты. Это была работа ветра.
Далекая, точно морское дно, земля была желтой и темно-се-
ребристой, как антрацит. Изредка проплывали истерзанные
клочки зеленых оазисов и словно очерченные рейсфедером пря-
моугольники и трапеции возделанных земель. Они выглядели
жалкими и неуверенными, как пастели начинающего кубиста, -
эти поля дурры и элевзины, плантации маиса, кунжута, ячменя,
арахиса.
Земля приблизилась. Жестяной блеск тронул рощи масличных
пальм. Ручьем грязной охры мелькнул Голубой Нил. Можно было
уже различить островерхие хижины и застывшие на шоссе лаки-
рованные жучки-автомобили.
Встреча с землей дала знать о себе тремя толчками. Мимо
проносился иссеченный пустыней гудрон, колючая проволока,
шахматные фургончики вспомогательных служб. Все было буднич-
но, обыкновенно. Пассажиры отстегивали поясные ремни, засо-
вывали в карманы журналы, зевали, ждали.
А рядом была Африка, Судан, Хартум.
В полутемном здании аэровокзала ко мне подошел высокий
худой джентльмен. Несмотря на зной, его бежевый пиджак был
застегнут на все пуговицы, галстук не ослаблен ни на милли-
метр, отливающий ледяной голубизной воротничок безупречен.
- Господин Холодковский?
- ??
- Я Пирсон, Лестер Пирсон, главный геолог Экваториальной
провинции.
- Здравствуйте, мистер Пирсон! Я не ожидал увидеть вас
здесь. Это очень любезно с вашей стороны...
- Ну что вы, что вы! Пустяки. Просто я буду вам здесь по-
лезен при выполнении всяких формальностей. И, кроме того,
пока мы доберемся до Джубы, я успею ознакомить вас с обста-
новкой.
- Куда прикажете ваш багаж, сэр? - обратился ко мне ху-
денький бой, с лицом резной сандаловой статуэтки.
- Гранд Отель, - ответил Пирсон и, вновь обернувшись ко
мне, добавил: - Это один из лучших отелей. Там ждет вас до-
вольно приличный номер с окнами в сад.
- Вы встречаете меня по-королевски.
- Это преувеличение. Я прежде всего забочусь о себе, В
Капоэта сейчас нет ни одного европейца.
- Капоэта! Капоэта! Для меня это звучит как музыка.
- Боюсь, что вы скоро разочаруетесь... Такси!
Старенький дребезжащий "кадиллак" с открытым верхом рва-
нул с места и понесся по серому растрескавшемуся шоссе. О
днище стрелял гравий, скрипел песок. Заметив, что я все вре-
мя верчу головой, Пирсон тронул шофера:
- Медленней! Ничего интересного вы здесь не увидите. Кру-
гом саванна. Слоновая трава, ксерофиты, изредка попадается
баобаб.
- Баобаб?!
Пирсон улыбнулся.
- От аэропорта до Хартума всего пять баобабов, и очень
маленьких.
- А это что?
- Пальма дум. Отличный войлок.
- А тропический лес?
- Он вам еще успеет надоесть. Разведка в сыром тропичес-
ком лесу - это ад.
- Вы давно живете в Капоэта, мистер



Назад