5e07002e

Ерофеев Виктор - Сила Лобного Места



Виктор Ерофеев
СИЛА ЛОБНОГО МЕСТА
1996 год. Это твои лились струйки. Ты сделала выставку Женское
Мочеиспускание. Под лозунгом: Больше в Москве туалетов для баб. Это ты крупным
планом позировала на мочеиспускательных фотографиях. Твоя нижняя половина.
Катя - сердце мое! Я тебя рыщу. Я затолкал в машину весь этот несвежий
человеческий фарш, чтобы что? чтобы зачем? чтобы найти тебя.
1995 год. С перебитым носом ты куда? делась? в черных колготках.
1994 год. Патриарх благословил тебя расписывать Елоховский собор.
Московская архитектура, московская живопись, московские нравы достигли
высокого уровня. Город захорошел. Мостовая морщилась у тебя под ногами. Андрей
Рублев в юбке в легкий горошек сбежал. Сил на то, чтобы дать точный адрес, у
тебя не нашлось.
1993 год. Московское население активно участвовало во всех событиях. Среди
монахов тебя не оказалось. Я знал, что в конце концов ты окажешься под черными
колготками мужчиной. Ты обещала подарить мне свои иконы.
1992 год. Ты обещала подарить мне свои картины 2 на 2, где много кошек,
русалок с волосатой грудью и бас-гитаристов, чтобы я завесил ими всю мою
квартиру. На Солянке присесть и пописать в ведро. Потом с помощью туалетного
приспособления "ёршик" окропить мочой всех собравшихся конкретных подонков. Ты
пописала в ведро через черно-красные трусы, чтобы не брызгало. Встала, сняла
трусы, надела на голову устроителю, весь этот траур и траут, в узких очках.
Все обрадованно стали щелкать. Приезжаем: где она? Как, уже уехала? Прямо так
конкретно и уехала? Одна? Куда? К патриарху? Косой, где Катя? Она от меня
сбежала в метро. Куда? Я разворачиваю широким жестом поверхностный план
Москвы. Москва-река в своем левом городском изгибе похожа на удивленный пенис
при прерванном коитусе, в правом - профиль лысого глупца со вздернутым носом.
Все улицы переименованы, проехать никуда невозможно. Давай-ка, мать, в метро!
Москва является крупнейшим арсеналом и складом продовольствия. Пребывание в
Москве оказалось гибельным для войск Наполеона. Почему бой за сортиры был
ограничен исключительно мочеиспускательной темой? Канализация не врет. Царский
указ 1714 года о запрещении возводить каменные строения где бы то ни было,
кроме Санкт-Петербурга, приостановил строительство Москвы практически
навсегда.
Улицу Адама Мицкевича переименовали в Большой Патриарший переулок. Улицу
Веснина - в Денежный переулок. Безбожный переулок - в Протопоповский. Площадь
Коммуны - в Суворовскую площадь. Новокировский проспект - в проспект Академика
Сахарова.
Набережную Мориса Тереза - в Софийскую набережную.
3-й Неглинный переулок - в Нижний Кисельный переулок.
Как я тебя найду? Там одни твои влажные лобки вместо лица. А по лобковым
волосам течет твоя сладкая моча, песня моя! Одна разверзная ватина. И тут же
ты их окопляешь святой мочой, моя знаменитость. Вот твоя больная плоть с
переломанным носом. Улицу Куйбышева - в Биржевую площадь. 1992год. Ты,
говоришь мне на кухне, любишь минет? Ой, говорю, кто же минет не любит? Это,
говорю, шестидесятники не любили. А все остальные любят. А кто такие конкретно
шестидесятники? Ну, это такие дедушки-прадедушки, они, говорю, точно не
любили. Почему-то. Я поехал на авангардную выставку Женское Мочеиспускание,
место конкретных подонков. Солянка, говоришь, возле церкви. Рисуешь рукой
богомаза непонятный план. Длинная Танька читает в метро "Философию в будуаре".
У нее новый френд: Джеймс Джойс. Ты говоришь по телефону: я никуда не поеду.
Длинная Тан



Назад